Из истории Пермской епархии. Репрессии против пермского духовенства. Часть 2.
25 февраля в зале Стефанова братства прошел епархиальный съезд-совещание с 53 участниками. До съезда временный епархиальный совет принял решение о выплате единовременного пособия сиротам и вдовам погибших во время красного террора в размере 700 р. на семью. Пособия выплачивались из епархиальной похоронной кассы, которую удалось сохранить священнику Петропавловского собора В. Цветову. В феврале. была образована комиссия по восстановлению епархиального училища. Возобновились учебные занятия в ДС, временно исполняющим обязанности ректора стал преподаватель А. Рыбаков, позднее — Николай Знамировский.
8 апреля возобновил деятельность Союз приходских советов, созданный архиеп. сщмч. Андроником (Никольским). Епископ Борис преобразовал Союз приходских советов в Общественный союз, которым руководил епархиальный совет во главе с архиереем; председателем епархиального совета был избран протоиерей А. Сергеев.
В январе 1919 г. пермское епархиальное начальство рекомендовало священникам призывать прихожан к пожертвованиям для армии Колчака. Епископ Борис (Шипулин) внес 200 р. на Красный Крест и на лазарет им. Н. Пепеляевой, жены генерала А. Пепеляева. К апрелю 1919 г. от прихожан Пермской епархии поступило 8087 р. 50 коп. Журнал заседаний приходского совета Никольской церкви в Мотовилихе дает представление о деятельности приходов в период гражданской войны. В марте 1919 г. приходской совет постановил приготовить на средства прихожан пасхальное угощение солдатам, расквартированным в лазаретах прихода, передать 700 р. на пасхальные подарки солдатам Барабинского и Пермского полков и 150 р. на «армию вообще»; кроме того, выделили 300 р. Нищим.). В епархии проводились «вечера скорби» в память о павших от рук большевиков.
12 июня 1919 г. епископ Борис уехал в Омск, где вскоре был назначен «епископом армии и флота». 11 мая 1919 г. по постановлению ВВЦУ и с согласия Колчака к хиротонии во епископа Соликамского, викария Пермской епархии, был определен архимандрит Варлаам (Новгородский), хиротония состоялась 15 июня в Омске в присутствии епископа Бориса. 20 октября 1919 г. Соликамский епископ Варлаам был назначен временно управляющим Пермской епархией.
1 июля 1919 г. 2-я Красная армия взяла Пермь. В Сибирь вслед за войсками Колчака уехали не менее 300 священно- и церковнослужителей Пермской епархии (почти треть духовенства), большая часть из них осела в Екатеринбурге, Ирбите, Челябинске, Тюмени. 30 января 1920 г. скончался от тифа епископ Варлаам (Новгородский), его похоронили в склепе под кафедральным Спасо-Преображенским собором. По указу Синода епископом Пермским и Кунгурским был назначен Геннадий (Туберозов), епископ Нарвский, к месту служения он не прибыл. На Пермскую кафедру был определен Коломенский епископ Сильвестр (Братановский), приехавший в Пермь после Пасхи. Архиерей опубликовал воззвание к духовенству, в котором были слова: «Из трех точек опоры: православие, самодержавие, народность... в конце февраля 1917 г. был выбит средний устой – самодержавие. Поэтому пошатнулась Россия, накренилась и стала катиться по наклонной плоскости». Епископ Сильвестр организовал в Перми 8-месячные пастырско-богословские курсы, работавшие в 1920–1922 гг.
Летом 1921 г. сильная засуха поразила Поволжье, Крым, Кавказ и юг Украины, что привело к неурожаю и голоду. В Екатеринбургской губернии голодали 800 тыс. человек, в Пермской губернии — 658 тыс. человек, в Челябинской губернии — 600 тыс. человек. В мае 1922 г. в Осинском уезде ежедневно умирали от голода до 120 человек. По инициативе Пермского епископа Сильвестра 18-19 декабря 1921 г. и в Рождество Христово по церквам Перми и Мотовилихи прошел сбор денег и продуктов в пользу голодавших. Епископ поручил заниматься сбором денег и продуктов председателю Союза приходских советов священнику Троицкой церкви завода Мотовилихи П. Козыльскому. С декабря 1921 по август 1922 г. в церквах Перми и Мотовилихи собрали 80 млн руб. и 27 пудов 17 фунтов продуктов. Епископ Сильвестр произносил проповеди о сострадании и помощи голодавшим. Пермский священник А. Бирилов 18 февраля 1922 г., за 10 дней до послания патриарха святителя Тихона о помощи голодавшим, писал в газете «Звезда» (1922. № 39. 18 февраля) о том, что Церковь собирает деньги, питание, одежду, но этого недостаточно, «необходимо самим приходским советам совместно с духовенством сейчас же... уделить часть церковных ценностей гибнущим от голода». Весной 1922 г. проходили духовные концерты, сбор от которых шел в пользу голодавших.
20 марта 1922 г. Политбюро ЦК РКП(б) приняло постановление об изъятии церковных ценностей, Пермский губком получил тезисы Л. Д. Троцкого, где говорилось о том, что в ходе изъятия «мы должны углубить раскол между верхами и низами духовенства, выявить более доброжелательных к нам попов и попов, наиболее враждебно настроенных. Первых поддерживать и взять под защиту, вторых занести в черный список». В Пермском, Оханском и Сарапульском уездах Пермской губ. некоторые приходские советы не согласились отдавать церковные ценности, прятали их. На многолюдном собрании духовенства и представителей приходских советов Осинского уезда большинство присутствовавших категорически отказались от передачи церковной утвари. 9 мая 1923 г. в Чердыни состоялся суд над священником Богоявленской церкви Ю. Копытовым, церковными старостами Зебзеевым и Смольниковым, председателем церковного совета, обвиненными в «укрывательстве церковных ценностей». Обвиняемые были приговорены к лишению свободы на срок от 1 года до 3 лет. По подсчетам П. Н. Агафонова, в связи с сопротивлением изъятию церковных ценностей к тюремному заключению были приговорены 15 священнослужителей и мирян Пермской епархии. На Урале изъятие первоначально прошло в губернских и уездных городах, где практически закончилось к середине мая. К июню 1922 г. комиссии по изъятию в основном завершили работу на Урале; было изъято 42 фунта золота, 1044 пуда 55 фунтов серебра и около 3 тыс. драгоценных камней (в Екатеринбургской губернии — 480 пудов ценностей, в Пермской губернии — менее 100 пудов, в Уфимской губернии — менее 50 пудов ценностей).
С кампанией по изъятию церковных ценностей связано появление в регионе обновленчества. Летом 1922 г. пермские протоиереи Николай Булдыгин, Василий Морозов, Михаил Смородинцев и священник Николай Бронников послали в Москву для выяснения состояния церковной жизни священника из с. Елова Осинского уезда Михаила Трубина. В Москве Трубин попал на I Всероссийский съезд сторонников «Живой церкви» и вернулся в Пермь «протоиереем» и уполномоченным обновленческого Высшего церковного управления (ВЦУ) по Пермской и Сарапульской епархиям. Организационное оформление обновленчества в Перми произошло 21-22 августа 1922 г.: на собрании церковноприходского совета Петропавловского собора и на собрании городского духовенства по докладу уполномоченного ВЦУ Трубина ВЦУ было признано полномочным впредь до Всероссийского Поместного Собора.
(Продолжение следует)
По материалам Православной энциклопедии, том 50